– Да как вам сказать? Он всю жизнь у нас на глазах. Мальчишка как мальчишка. Правда, как мать умерла, выпивать стал, девок таскать, но хулиганства не допускал. Не то что с восьмого этажа Серега – как напьётся, так буянит. Миша тихий.

Женщина прислушалась к телевизору.

«Ладно, ухожу, ухожу», – подумал я, поняв, что соседку больше интересует содержимое чёрного ящика. Вот так. Всю жизнь на глазах, а застрелили, и дела нет. Я сам, конечно, не идеал, но если бы моего соседа грохнули, то хотя бы из приличия да поинтересовался о его здоровье.

– Извините, всего доброго, спасибо.

– Да ничего, не за что.

Я вышел на лестницу и выглянул в окно на площадке. Мужик, вызвавший милицию, всё ещё стоял, приплясывая на морозе. Ах, точно, я ведь попросил его подождать. Интересно, кто он? Другой бы плюнул давно и пошёл домой. Я спустился вниз и подошёл к нему.

– Ну что, есть что интересное? Нашли, откуда он? – спросил тот, завидев меня.

– Нашёл, но ничего интересного нет.

– Вы знаете, я сейчас вспомнил. Я когда к дому подходил, от него иномарка отъехала, кажется, «Опель» серебристый, я разбираюсь немного. Она ещё в сугробе, вон там на углу, буксовала, потом вылезла и укатила. Может, она к делу отношение имеет?

– Может. А в машине никого не заметили?

– Нет, темно сейчас, да я и внимания не обращал, «иномарок» сейчас много.

– И примет машины не помните? Мужчина виновато пожал плечами.

– Спасибо за информацию, идите домой, если что, вас вызовут.

Мужчина поднял воротник и засеменил прочь от дома.

Я на секунду задумался, потом догнал его и спросил:

– Простите, а кем вы работаете?

– Я еще никем не работаю, только что освободился, сидел по сто второй…

ГЛАВА 2

Я вернулся в отделение. В дежурку уже поступила телефонограмма из Института скорой помощи. Комаров скончался, не приходя в сознание.